В Новосибирске недавно была опубликована новая монография профессора НГПУ Андрея Павловича Бородовского под названием «Сейминско-турбинские бронзы в Прииртышье и Притоболье». В своем исследовании профессор, который является подведомственным Минпросвещения России, опирается на последние археологические находки, относящиеся к эпохе бронзы на юге Западной Сибири, охватывающие период с 17 по 15 века до нашей эры. Работа профессора Бородовского обосновывает наличие целостной «мир-системы», связывающей юг Западной Сибири с соседними регионами, о чем можно подробнее узнать на сайте НГПУ.
В рамках своей монографии Андрей Бородовский выделяет важные закономерности, которые проявились в этот исторический период. По его мнению, носители сейминско-турбинского феномена принесли в регион традиции бронзолитейного производства, которые продолжали существовать даже после их исчезновения. Профессор отмечает, что юг Западной Сибири можно рассматривать как «бутылочное горлышко», что в археологии означает накопление памятников определенной культуры в одном регионе, а затем их трансформацию и распространение на соседние территории.
Носители сейминско-турбинского феномена, двигаясь с востока на запад, покидали места добычи олова, используемого для бронзолитейного производства, находившиеся в современных Рудном Алтае и Северном Казахстане. На Южном Урале они столкнулись с абашевской культурой, которая также была знакома с процессами бронзолитейного производства. Однако между этими культурами существовали принципиальные различия: абашевцы охотно делились металлическими изделиями, но не открывали секреты их производства и не перенимали технологии. В отличие от них, сейминско-турбинцы были готовы делиться своими знаниями и технологиями, что способствовало сохранению традиций литейного производства в Притоболье и Прииртышье на протяжении веков.
В своей книге Бородовский применяет теорию мир-системного подхода, разработанную социологом Иммануилом Валлерстайном, к эпохе бронзы. Ранее эта теория использовалась в основном для описания культур Ближнего Востока и Центральной Европы, объединённых сетью контактов и логистических маршрутов культурного обмена. Однако в своей работе профессор впервые применяет ее к территории Северной Евразии, включая Синьцзян, Юго-Западную Сибирь, Зауралье и Приуралье.
Андрей Бородовский подчеркивает, что в эпоху развитой бронзы на территории Евразии сформировались не одна, а несколько региональных и транскультурных мир-систем, что подтверждается находками, относящимися к сейминско-турбинскому феномену, в Центральной Азии, Западной Сибири и европейской части России. Это объясняет, почему отдельные статусные предметы сейминско-турбинской культуры встречаются даже в Причерноморье и Прибалтике.
Евразийская мир-система этого периода соединила обширные территории и оставила значительный след в культуре и технологии бронзолитейного производства. Это особенно заметно на севере Верхнего Приобья и Среднего Енисея, где трансформированные сейминско-турбинские традиции сохранялись вплоть до начала и середины I тысячелетия до нашей эры. Определенные параллели наблюдаются также в культовой атрибутике. Например, известные по описаниям и коллекциям этнографов шаманские маски эвенков до недавнего времени имели черты, напоминающие личины с европеоидным обликом, встречающиеся на изделиях мастеров сейминско-турбинской культуры из степного Прииртышья.
Следует напомнить, что «сейминско-турбинским феноменом» в археологии называют комплекс памятников, датируемых 2150—1600 годами до нашей эры, расположенных в местах слияния крупных рек Восточной Европы и Западной Сибири. Эти памятники схожи по своему металлическому инвентарю, включая вильчатые копья, кинжалы и топоры-кельты, которые были изготовлены по уникальной и передовой технологии тонкостенного литья.
Таким образом, работа профессора Бородовского вносит значительный вклад в понимание исторического и культурного контекста бронзового века в Западной Сибири и подчеркивает важность взаимодействия и обмена технологий между различными культурами в древности.